Название: “Мой Домовой”
Автор и режиссер: VitaV
Фотограф: VitaV
Жанр: Современная сказка
В главных ролях дебютировали:
Домовой – Патрик Гарднер
Кристи – Кристи Пристли-Сакс

Предисловие
Ах, вы не верите в домовых? Зря, зря… А вы, знаете, что, знаменитые люди признавали существование домашнего духа – и Леонардо да Винчи, и Исаак Ньютон, и Александр Пушкин, и композитор Григ, и математик Софья Ковалевская, и сказочники братья Гримм, Сельма Лагерлеф, Туве Янсен – впрочем, им-то сам Бог велел! Да и современные исследователи паранормальных явлений убеждены: домовые существуют. Больше того, по их свидетельствам, домовой обретает лицо хозяина. Представляете, ваш домовой – это почти вы сами!
Разумеется, ваше дело – верить или не верить в домовых, признавать его реальность или напрочь отрицать «эту чушь». Но даже если бы домового не было, его следовало бы выдумать. Ведь он – отражение наших мечтаний о том, чтобы кто-то помогал в домашней работе, чтобы нам не было одиноко, чтобы кто-то хранил нас и охранял, берег покой и поднимал настроение, и даже возможно мог изменить ваш характер или даже саму жизнь…
_{Обложка – Тарда}

– Ты только посмотри на себя, как ты одет! Из тебя никогда не выйдет приличного домового, – сокрушался отец, – Для тебя случайным образом выбран дом. Так что не оплошай, это твоя первая проверка, – отец растерянно улыбался.
– Пиши регулярно. Будь хорошим домовым. Мы тебя очень любим, – всплакнула мама, махая платком вслед Дану.

Подойдя к воротам, Домовой чуть не упал, задрав голову наверх и вглядываясь ввысь.
– Ничего себе, заборчик! – он присвистнул, – Ну и хоромы достались, слава богу.
Медленно и плавно огромные снежинки опускались откуда-то сверху.
– Ни фигасе… Да тут надо серьезно потрудиться, чтобы попасть внутрь. А как же я то?
Он ступал осторожно и все равно проваливался в сугроб по колено.
– Конца и края нет этому бесконечному забору, когда же он закончится?

Его желудок словно прилип к позвоночнику. Голод терзал Дана даже больше, чем окоченевшие от холода пальцы, а снег все падал и падал прямо на его рыжую макушку.
– И почему все думают, что домовые не мерзнут, еще как мерзнут, – он попрыгал на месте, пританцовывая, чтобы согреться, вздохнул и побрел дальше.
– А вот и ворота, какие вымоченные. Кажись, заперто. Хорошие хозяева, значит, и то ладно.
Тут к воротам включив звуковой сигнал, подкатил минивэн, с улыбающимся снеговиком, нарисованным на боку машины.
Такие машины он уже видел в родном доме, когда хозяева заказывали продукты, ничего не обычного, машина, как машина, не леший же он, вполне привык к автомобилям.
Недолго думая, вскочив на запятки, Дан прижался к кузову.
– Поехали, прошептал он про себя, и точно машина, как по команде, тронулась, ворота открылись, она въехала в просторный двор и остановилась у огромной елки, стоявшей посреди.
Дан спрыгнул в снег и постарался побыстрее скрыться за ближайшим кустом.
«Елка, мороженное, наверняка в этом доме есть дети», – подумал домовой.
В родительском доме было трое малышей, Дан убирал за ними игрушки, выкладывая самые их любимые на видное место, чтобы было легко их найти. И иногда даже приносил новые, что-либо мастерил из подручных средств. Два мальчика и старшая девочка, они были очень дружны, и старшая сестра ухаживала за младшими братьями.
Вот и сейчас Дан только обрадовался, предчувствуя новые игры и шалости.
Он потихоньку пробирался к дому, как вдруг как из под земли вырос в проеме двери огромный детина в кожанке, вовремя его заметив, Дан отступил на шаг назад. Здоровяк, повертев головой в разные стороны, направился вглубь аллеи.
-Наставили тут истуканов, не пройти, не проехать. И зачем им столько лишних едоков?
Юркнув потихоньку внутрь, он сразу спрятался за гору коробок, которые стояли за дверью. Подождав, пока спорившая о чем-то парочка не скроется из виду. Выглянув из-за укрытия, пошел обследовать свои новые хоромы.
Первый этаж занимала кухня с множеством подсобных помещений, в которой суетилось слишком много народу. Пройдя чуть дальше, он обнаружил огромную залу со стоявшей посередине высоченной елкой и многочисленную пеструю толпу гостей.

Спрятавшись за колонной, он внимательно разглядывал лица присутствующих. В самом центре зала он заметил прекрасную девушку, открывающую подарки с каким-то отрешенным взглядом. На ней было розовое платье, как у принцессы, а взгляд был печальный. Она как бы нехотя открывала подарки привычным жестом, но похоже, ее никак не трогал ни сам праздник, ни подарки, которые она открывала. Взглянув на подарок, она почти машинально сразу откладывала его в сторону.
Весь второй этаж занимали спальни, гардеробы, ванные и туалеты, и просмотр их можно было оставить на потом. Поднявшись выше, он наконец-то нашел, что искал – чердак.
– Точно, вот здесь-то я и обоснуюсь, – обрадовался он и начал исследовать свое новое жилье.
Луна проглядывала в чердачное окно, бросая тонкие лучи света на старые вещи. Случайно взгляд его остановился на старом сундуке, одиноко стоявшем в углу.
Схватив тонкую книжицу в темном переплете, обнаруженную в самом верху сундука, он пристроился в старом кресле-качалке. Стараясь согреться и отдохнуть от долгого пути, открыл первую страницу…

Внезапно на чердак поднялись двое. Вздрогнув от неожиданности, и повернув голову, он, сразу узнал силуэт печальной принцессы, виденный недавно в зале. Дан, надеясь, что его в полутьме не заметят, спрятался за кресло.
– Кристи, почему ты не хочешь поехать с нами? Там будет как всегда очень здорово! И еще папа купил нам новые фейерверки, очень красивые, – молодой парень, взяв девушку за руку, заглянул ей в глаза.
– Ну как ты не понимаешь, все как всегда и это очень скучно. Мне надоело каждый год одно и тоже. Хочу чуда! Я не поеду и точка. Оставь меня! – она разочарованно вздохнула, и, сбросив его руку, отодвинулась от него.
– Наивная! Как знаешь, было бы предложено,- он, обиженно хмыкнув, развернулся и вышел не оглядываясь.
– Ну вот, опять я одна осталась, – всхлипнула девушка, утирая слезы носовым платком.
Дан терпеть не мог слез, а девичьих тем более и потихоньку выглянул из-за своего укрытия.

– Отчего у тебя глаза на мокром месте? – спросил он.
– Ты кто еще такой? – повернулась она не его голос.
– Будем знакомы, Домовой, – он шаркнул ножкой, – Ваш Домовой, – уточнил он.
– Какой такой Домовой? – изумилась девушка, пряча платок в кармашек платья.
– Тот самый, – уточнил Дан.
– А почему ты такой… зеленый? – Кристи осторожно шагнула назад, – Это очень подозрительно.
– Я маскируюсь, – шепнул Домовой. – Что б никто не догадался. Но тебе я могу сказать по секрету, это краска.
– Какая такая краска? – переспросила она.
– Зеленая, – доверчиво шепнул ей Дан.
– А так сразу вроде и не догадаешься, – так же доверительно прошептала ему она.
– Честно? – обрадовался Домовой.
– Нет! – возразила она, – Я что, совсем идиотка, по-твоему? – она взяла под руки попавший веник и уже решительно наступала на Дана.
– Ну, не совсем, – осторожно ответил ей Домовой, и ловко отскочил в сторону.
– Вор, грабитель, обманщик! – крикнула она, замахнувшись на него веником.

– Психопатка, – радостно взвизгнул Дан, кинул в девушку еловой шишкой, выуженной из кармана, насвистывая какой-то милый полузабытый марш, вылетел из чердака, и, прыгая через ступеньки, полетел вниз.
Кристи, не мешкая побежала вслед за ним.
На первом этаже никого не оказалась и Домовой сразу выскочил на улицу.
Девушка, не забыв схватить пальто, выбежала следом.
– Давай, догони, – подзадоривал ее Дан, несясь по аллее.

Хлоп! Откуда-то сзади в спину врезался снежок.
– Ах, ты так?!!! – Дан собрал горстку снега в руки, лепя новый снежок.
Они носились по парку, перебрасывались снежками и вообще создавали впечатление самых счастливых людей на свете.
И вдруг Домовой полностью исчез.
– Где ты? – растерянно оглядываясь по сторонам искала она.
– Эй, оглянись, я здесь, – Дан появился позади нее и присвистнул.
Развернувшись, он вприпрыжку побежал по лестнице на чердак.
– Стой, догоню! – влетела она в дом следом за ним.
Кристи догнала его уже на чердаке.
– Так кто ты такой? – подошла к нему Кристи.
– Ваш домовой, – не растерявшись, бесхитростно ответил он.
– А разве они существуют на самом деле? – не поверив, переспросила она.
– Еще как существуют, посмотри на меня, можешь даже потрогать, – улыбнулся ей Дан.
– Ну, вот еще, буду я тебя трогать, новости какие, – фыркнула она.
– Почему же ты не с гостями? – вдруг спросил он Кристи.
– Там скучно, – протянула девушка.
– Тебе явно не хватает друзей, раз ты скучаешь, хочешь, я буду твоим другом? Смотри, какая Луна, первая Луна этого года, правда красавица? – взяв ее за руку, он подвел Кристи к окну.

– Ты забавный, и мне очень нравишься, – она неожиданно поцеловала его, – ты самый, самый настоящий.
Дан меньше всего ожидал так именно этого и немного растерялся…
– Ты вся дрожишь, замерзла? Давай я накрою тебя чем-нибудь, – он усадил ее в кресло и накинул на ноги плед, присев на корточки рядом.
Кристи, похоже, задремала. Глаза ее закрылись, а рот слегка приоткрылся.
Он смотрел на нее и любовался, – настоящая принцесса. Это он попал в сказку….

Дан сразу почувствовал, как появился отец.
– Нам пора, здесь тебе нельзя больше оставаться, ты нарушил правила, – он внимательно посмотрел на сына, – И все же ты очень похож на меня.
– Я даже не могу попрощаться? – расстроенно спросил Дан.
– Нет, и ты это знаешь, даже лучше меня.
И они исчезли, растворившись в воздухе, как будто их никогда и не было…

– Похоже, я задремала, – Кристи открыла глаза и сразу поняла, что на чердаке находится одна. Взгляд ее упал на маленькую еловую шишку, которая лежала около нее.
– Я люблю тебя, мой Домовой, – нежно прошептала она, прижимая шишку к своей груди.
Луна уже скрылась с небосвода, уступая место новому дню и новому году…
И тут она увидела тоненькую тетрадь, забытую кем-то в кресле.
– Ой, что это? Бабушкин дневник? – удивилась Кристи, открывая с любопытством книжицу.
«Этот день сильно перевернул мою жизнь. В этот Новый Год мне довелось повстречаться с Домовым….»

Умненький, богатенький, образованный мальчик из очень состоятельной семьи. У него куча бабушек, тетушек, дядей и других родственников. Окончив свою престижную и очень дорогую частную школу для мальчиков, он отправился получать высшее образование.

Выехав в другой город, впервые вырвавшись из-под контроля родителей, Филлипп потерял голову: бесконечные вечеринки, тусовки, дискотеки, но в то же время как-то успевал учится, что закончил Университет с отличным дипломом.

Близких друзей у Филла в университете было не так чтобы много. Ну это в принципе и понятно – парень из богатеньких. Коснись чего – сразу наедут бабки, няньки, телохранители…
Да и выглядел парень немного по-другому: кожа темнее, как у негра, да и уши чего одни стоили…
Сразу на первом курсе познакомившись с своим соседом по комнате, Ларри, они стали близкими друзьями и отличной командой. Тому было все равно, сколько денег у друга, да и уши его нисколько не смущали.

Ларри рос вполне тихим, неизбалованным ребенком. Звезд с неба не хватал, больше уделял внимание увлечениям: музыке, литературе и кулинарии, готовить научился еще в детстве… Окончил частную школу для мальчиков и поступил в Университет. Хоть и был он немного старше Филла, старался ему подражать и поступил на факультет философии.
Они вместе устраивали студенческие вечеринки, совместные походы и “зажигали” в студенческом городке…

Филл успевал и отдыхать и учиться, и частенько давал другу списывать домашнее задание, жалуясь на Ларри своему любимому попугаю. А может и просто делился с ним своими мечтами.

Он не очень любил рассказывать о себе, за то с удовольствием придумывал анекдоты и смешные рассказы. И к окончанию университета стал довольно известной личностью.

И Филл, и Ларри закончили Университет с отличным дипломом…

Род Монтекки уходит корнями к самым истокам создания Дворянского Гнезда. Филипп, внук Ромео, принадлежит к старинной аристократической семье из рода Монтекки.
Здоровый сын здоровых родителей, из благопристойной и финансово обеспеченной семьи.
Хотя поговаривают, что бабка Филла была темной эльфийкой, ведь недаром же у него такие уши…
Монтекки – самая влиятельная династия в Дворянском Гнезде.
И даже в двадцатом веке, верные традициям они продолжают жить в фамильном, настоящем замке.

О способности прадеда Филла устраивать свидания уже складываются легенды. Никогда не прибегавший ни к никакой магии или всяческим любовным напиткам, он единственный в своем роде, кто мог сразу после знакомства пригласить на свидание, в протяжении которого добиться любви…
Ни одно свидание он не провел “в пустую”…
Он перепрыгнул свою мечту “иметь сразу 30 возлюбленных” и счет увеличил до 40 (!!!)

Со свои братом Меркуцио, он частенько выбирался в город и устраивал там танцевальный бум, и буквально ставил на уши всю окрестность и местную молодежь, организуя суматоху, сравнимую с извержением Везувия…

Расторгнув свою первую помолвку с Джульеттой еще в университете, он трижды женился на Гермии Капулетти…

Женственный, обаятельный и всегда романтичный прадед Филла, не потерял своего обаяния и до сегодняшнего дня.

Но это одна сторона жизни Ромео…
Сейчас у него 12 детей (внуков еще больше!!! ), и он самый влиятельный и уважаемый житель “Дворянского Гнезда”, которое находится в нескольких часах езды от Вероны…

И Филл всегда очень гордился и уважал своего романтично-семейного деда, стараясь брать с него пример и быть похожим, хотя в плане романтичности, он был сильно далек от него…

Их встретило большое темное 4х-этажное здание..
Филл, достав ключи и отперев дверь, пропустил вперед друга.
– Ух ты, ну и хоромы! Здесь хватит места для жилья, отдыха и работы. Твой дед тебя точно любит! – Ларри восторженно осматривал новое место жительства.
Дом принадлежал семье Монтекки и был передан Филлу в качестве наследства.
Он, в отличие от друга осторожно оглядывался по сторонам.
Филл не очень любил перемены и с трудом привыкал каждый раз к переездам.
Возможно он здесь обживется и привыкнет, но на это уйдет время…

Филл, наконец нашел то, что искал – кабинет и с удовольствием оглядывал помещение…
– Мне нравится мой кабинет, – проговорил он вполголоса, усаживаясь за свой письменной стол.
“И у нас будет точно самая лучшая киностудия в городе” – он поудобнее откинулся в уютном кресле, предаваясь своим мечтаниям….

Киностудия “Verona Paradis” родилась зимним вечером 10 января 2010

Хочется рассказать истории про моих персонажей, некоторые выдуманные, некоторые не очень.
Истории в разных городах и с разными персонажами.
Но объединяет их всех – один мир, который я очень люблю))
Надеюсь, он вам понравится)

Влад занес билеты на «Осенний бал» и мы с ним договорились там встретиться…
Накрапывал дождь, я торопилась в институт, чтобы успеть написать реферат к завтрашней лекции.
– Привет! Нет, ты видела? Какой красавец! – ко мне подбежала моя сокурсница Ирка, – Я видела его на одной дискотеке, за ним девчонок бегает вагон, я даже наблюдала, как одна ему цветы притащила… Ух, хорош! – и она мечтательно закатила глаза, – Так ты пойдешь сегодня на бал?
– Его зовут Влад, мы обязательно сегодня придем.
Я поправила сумку на плече, радуясь в душе маленькой победе.
– Мне срочно надо реферат написать, так что я в библиотеку. До вечера! – и я торопливым шагом направилась в противоположную сторону, оставляя Ирину с почти открытым от удивления ртом.

Мне совершенно было не до реферата, я сидела, глядя на книги, и улыбалась, мысленно я уже была на вечере…
Я была так сильно очарована Владом, что уже с нетерпением ждала новой встречи.
Вернув книги библиотекарю, я поспешила на бал…

Мы с Владом пришли на дискотеку, когда танцы уже были в самом разгаре…
Вика уже была там.
– Я люблю подвижный образ жизни и танцы, пойдемте танцевать – предложил Влад и потащил нас в самую середину зала.
Зажигательная музыка добавила нам настроения, и мы устроили настоящий танцевальный марафон.
– Ты зря бросила танцы, хотя это не прошло для тебя даром, – высказала мне Вика.

– И королем и королевой нашего бала становится эта прекрасная пара, – объявил ведущий бала, указав на нас, и все сразу посмотрели в нашу сторону…
Мы стояли в свете софитов и улыбались.

– Выходи за меня замуж, королева, – тихо прошептал мне Влад.
– Я согласна, мой король, – прошептала я ему в ответ.
Я была самая счастливая рядом с ним…

– Влад, я не слышала, чтобы ты сказал, что любишь меня, – высказала я ему, когда он проводил меня домой.
– А разве это не видно? Ты очень красивая, я чертовски привлекателен, мы прекрасно смотримся вместе. Ну и, конечно, я люблю тебя. Свадьбу наметим на ноябрь, – поцеловал он меня на прощание.
И, надо сказать, целуется он чертовски здорово…

Был обычный выходной вечер, в бар мы пришли, когда там уже было полно народу.
Приветствуя всех знакомых, мы еле нашли свободный столик у самой стойки бара.
Вика приводила себя в порядок после небольшого ветра на улице и разглядывала посетителей.
– Кирюша, нам как всегда, – заказала я коктейли у знакомого бармена.

Вдруг дверь отворилась, и в бар вошел Майкл с каким-то незнакомым очень красивым парнем.
Майкла знали многие, он был здесь известным поэтом-бардом, и даже устраивал свои персональные вечера. Мне очень нравились его песни, правда к нему относилась… никак, мы даже сильно близко не были знакомы, так иногда «приветами» обменивались…

Стоящий рядом с ним парень просто поражал своей красотой. Высокий, стройный, с темными почти черными волосами. Посовещавшись между собой, они прямо направились в нашем направлении…
– Вика, смотри, кто это? – я толкнула локтем подругу.
– Ляля, до тебя, как всегда долго доходят все новости. Это Влад, он совсем недавно вернулся из армии и уже успел вскружить голову всем девушкам в округе, – Вика всегда была в курсе всех последних сплетен, я даже удивлялась, как она умудряется их находить.
– Девушки, привет, по последним данным, все места в этом чудесном заведении заняты, и парочка свободных осталась только за вашим столиком, уж позвольте к вам присоединиться, – Майкл быстро уселся рядом.

– Хочу представить вам моего друга Влада, он буквально только что вернулся из дальних стран, ему есть что рассказать, уверяю вас, скучно не будет.
«Господи, у него голубые глаза» – я смотрела на Влада, не отрываясь…

– Мальчики, мы сейчас вернемся, – Вика схватила меня и потащила в «курилку»
– Ты что, подруга, с ума сошла? Уставилась на него как баран на новые ворота. Бери сигарету, бери себя в руки, покурим и пойдем.

– Он красивый – протянула я.
– Ты прямо как в первый раз красивого парня увидела, возьми фото, повесь на стену и любуйся на здоровье! – она даже рассердилась на меня.
– Да ладно, Вик, я в норме. Пошли уже…
Подходя к нашему столику, мы вдруг заметили девушку с цветами.
– Влад, это тебе от меня, – проговорила она и поставила цветы на стол.
– Дорогуша, я тут в кампании, забери свои цветы, пожалуйста.
– Нет, нет, пусть останутся, они для тебя, – повторила она и уже собралась уходить.
– Постой, ты что-то забыла, – сказал Влад, сердито остановив ее.
Девушка нехотя забрала цветы и сразу исчезла за дверями бара.

– А ты очень популярен, – не удержалась я от комментария.
– Да я сам иногда удивляюсь, – улыбнулся он.
Вечер прошел оживленно и весело. Майкл, умеющий поддержать любую кампанию, и красавец Влад не давали нам скучать.

А после Влад проводил меня до дома и пригласил на свидание…

– Лерка, что происходит?
– Я, конечно, сильно удивлен твоему визиту, но извини, Леся, у нас все кончено, – сказал он как отрезал.

Мне оставалось только развернуться и пойти к своей лучшей подруге…
– Лена, как ты могла? – накинулась я на нее прямо с порога.

– Я? А ты как могла? Валерка, он настоящий, крепкий, а тебе на него наплевать! Да и не любишь ты его. А мне он самой очень давно нравится… – она чуть ли не кричала.
– Да откуда тебе знать, кого я люблю, – перебила я ее.
– Правильно, неоткуда, потому что ты любишь только себя, а сейчас у тебя отняли любимую игрушку, вот ты и бесишься. Так что катись дорогая подруга куда подальше!

– Катись сама!!! – со злостью выкрикнула я и, хлопнув дверью, выбежала на улицу…

Я проплакала пару дней, завалила последние школьные экзамены, еле вытянув их на «тройки».
Завалила экзамены в университет и устроилась на работу…
Валерка с Леной уехали в другой город…

С Валеркой-Леркой я познакомилась почти два года назад в лесу…
– Как зовут вас, прекрасная нимфа? – я неожиданно услышала вдруг за своей спиной.

В лес я попала совершенно прозаично… Мама достала путевку в пансионат на берегу Волги и уговорила меня поехать с ней на две недели. Я не пожалела, места был чудесные, и нам выделили миленький маленький двухместный домик, и каждый день я бегала в лес собирать цветы…
– Можно я буду называть вас Нимфа? – продолжил незнакомец.
– Мне совершенно не нравится это имя, – я посмотрела на парня и включилась в игру, – зови меня лучше Олеся.

– Ты пойдешь вечером на танцы, Олеся? – спросил он.
И тут он все испортил… Сказка кончилась, и я увидела обыкновенного веснушчатого парня…
– А массовик-затейник там будет? – спросила я его.
– Я не знаю, по радио объявили, что будут новые конкурсы, наверное будет, – замялся он, не ожидая моего вопроса.
– Хорошо, тогда я, наверное тоже загляну, а сейчас у меня по расписанию обед и мне пора идти, – и я, не оборачиваясь, зашагала к своему домику…

Он в буквальном смысле бегал за мной и частенько опаздывал: забегая ко мне с приглашением на прогулку, он обнаруживал, что я уже была с подружками на дискотеке или танцахс очередным кавалером, и Лерке доставался чайный вечер с моей мамочкой, которая рассказывала ему разные истории и угощала своими пирожками…

– Олеся, ты опять попала в историю? Это надо еще умудриться попасть в больницу с истощением. Ты объявила голодовку? По какому поводу?
Мне так нравилось, когда он называл меня Олеся и как это произносил, немного растягивая буквы.
Прочитав однажды одноименный рассказ, мне очень понравилось имя и героини, и Лерка, желая сделать мне приятное, стал меня так называть…
– Дурак! Не было у меня никакого повода! Я просто готовилась к выпускным экзаменам, ну, видно поесть забыла. Розы красивые, – я вдыхала аромат цветов.
– Какие ты любишь, еле нашел. Как себя чувствуешь?
– Уже лучше, просто спала после очередной порции лекарств.
– Сбежим?
– Куда?
– Я знаю один прекрасный фильм, тебе понравится.
– И в чем я пойду? В ночнушке?
– Я принес тебе джинсы, – и он протянул мне пакет с одеждой.

Я сразу поняла, что он побывал уже у меня дома, и моя милая мамочка собрала ему мою одежду.
Я быстро переоделась, и мы побежали в кинотеатр.

– Я провожу тебя до больницы, сказал Лерка, когда мы вышли из кинотеатра.
– Лерка, сегодня суббота, все нянечки уставились в телевизор и можно гулять до полуночи. Пойдем на набережную, – предложила я.
– Ты не замерзла? Смотри, не простудись, – он ласково меня обнял за плечи.
– Мне с тобой тепло, – в ответ я только теснее прижалась к нему.
Мы шли рядышком, обнимаясь, и нам было абсолютно все равно, что думают о нас случайные прохожие.

Мы так и бродили до самой полуночи.
– Смотри, звезда летит, – Лерка остановившись, указал мне на падающую звезду, – Загадывай скорее желание.
– Я загадала, – прошептала я ему на ухо…
Как хорошо стоять вот так, прижавшись к любимому плечу и слушать тихий шепот бегущей куда-то реки.
Вдруг он взял меня на руки.
– Хочешь, я всю жизнь буду тебя на руках носить?
– Хочу! – ответила я и уткнулась ему в плечо…

– Нам пора, полночь, а то тебя хватятся, пойдем, я провожу тебя.
Лерка проводил меня до самой больницы.
Я смотрела ему вслед, и чувствовала, что во мне сегодня что-то изменилось…

Через неделю меня выписали, и началась очередная волна экзаменов…

Марк ворвался в комнату со стремительностью ветра и в первый момент не понял, что происходит: девушка стояла в центре комнаты, нагая, прекрасная, с совершенно ошарашенным выражением лица рассматривая себя в зеркале напротив. Защитник подошел к ней, окинув по пути внимательным взглядом комнату, и обратился к отражению, рассчитывая обнаружить в нем причину испуга своей подопечной, но и там не обнаружилось никакой угрозы. У входа в ванную замерла Шаниква, встревоженная шумом, ее лицо выражало тревогу и непонимание.
– Крови нет, – прошептала Александра, глядя то на себя, то на отражение. – И грязи на икрах тоже. Я не успела зайти в воду, – она повернула голову из стороны в сторону, пристально рассматривая свои локоны. – У меня волосы стали гуще, – взгляд скользнул вниз, – И длиннее…
– А еще от тебя идет дым, – заметила Шаниква.
Александра испуганно пискнула и запрыгнула под струи душа. Тотчас же раздалось шипение, и комнату заполнил пар. Марк пробрался к ванной и, нащупав вентиль, перекрыл воду. Несколько секунд спустя, туман рассеялся. Александра стояла в ванной с совершенно сухими волосами. С ее ресниц сорвалась слезинка и, упав на щеку, испарилась.
– Какого черта со мной происходит? – прошептала она.
Некоторое время спустя, страсти улеглись. Шаниква ушла в свою комнату, Марк расположился в кресле, придвинутом к окну, и явно не собирался спать. Забравшись под одеяло, Алекс попыталась заснуть, но ее переполняли вопросы, и усталость, навалившаяся на плечи тяжким грузом, ощущалась совершенно по-иному.

– Ты не будешь спать? – спросила она, заранее зная ответ.
– Я не сплю, – ответил Марк.
– Кажется, я тоже, – сказала Александра и села в постели. – Почему ты не говоришь, что со мной?
– Потому что я не знаю, – ответил Марк, переведя взгляд с неба на свою спутницу. – Я встречал других живущих в двух мирах, которые переродились тем же способом, но они… скажем, обычно мы не ладили, – Алекс почувствовала беспокойство. – Твоя анима срастается с воплощением, но как это будет происходить дальше и к чему приведет, я не знаю.
– Ты пришел в два мира через смерть?
– Я вышел из воплощения и обрел новое, – ответил Марк раздраженно. – Никто не умирает, разве ты не слышала?
– Почему тогда так мало людей помнят прежние жизни?
– Потому что их анимы спят, – скрестил руки на груди Марк. – и просыпаются только развиваясь. В момент перехода между воплощениями они помнят многое и многое осознают, но с обретением воплощения в нижнем мире теряют связь с Источником и, как правило, забывают прежний опыт, если он не принес пользы.
– То есть, когда анима моей матери найдет новое воплощение, это будет уже не моя мать. Это и есть смерть, Марк, – он не ответил.
– Из тебя получится мощный маг, Александра, – сказал он тихо. – Шаниква увидела это мгновенно. С Силой приходит ответственность. Я научу тебя контролировать ее.
– Как она узнает то, что рассказывает?
– Она – целитель, такова ее Сила, – Марк взглядом вновь вернулся к окну. – А значит, ей доступна природа созданий двух миров, их тайны и страдания. А еще Сила возвращает ее воплощению молодость. Она – такая же, как ты, не совершала перехода.
– И ты хотел научиться, как спрятать меня? – Александра не заметила, как встала с постели.
– Да, чтобы защитить, – не обратил внимания Марк.
– Я не стану прятаться, – сказала Алекс. – Мою семью утопили в крови. Я хочу мести.
Марк поднялся на ноги и взял девушку за руку.
– Одевайся, скорее – мы уходим.
– Что случилось? – спросила Александра, посмотрела в окно и увидела: вдалеке, за лесом, грохотало грозовое облако. Красные молнии змеились в оранжевом мареве. Облако двигалось против ветра, направляясь в сторону дома.
Шаниква возникла на пороге и принялась натягивать на Александру свитер. Девушка остановила ее, надела брюки, принялась зашнуровывать кеды.
– Что происходит? – повторяла она, но никто не отвечал.
– Ты идешь с нами, – произнес Марк решительно, кладя руку на плечо Шаниквы. В расширенных зрачках хозяйки дома отражалась наступающая буря. Медленно повернувшись к старому другу, она заговорила.
– Он идет за ней, Марк, сам. Сделай все, что можешь, но не отдавай девочку ему. Я останусь, а вы бегите. Это не обсуждается – мне не спрятаться так ловко, знаешь сам!
Долгий, полный боли взгляд Марка, и вот, сказав: «Будь осторожна», он подхватил под локоть едва накинувшую модную осеннюю куртку Александру и устремился к лестнице, провожаемые нескончаемым потоком наставлений.

– Идите навстречу буре, так вам удастся прошмыгнуть под носом Клавдия, затеряйтесь среди людей, не пользуйтесь Силой, пока не окажетесь в крупном городе, – лестница позади. – Научи ее управлять зверем и пусть создаст другого, не из семейства кошачьих – у Клавдия есть над ними власть. Определи, как ему удалось найти вас здесь, – входная дверь. – Марк! – они остановились у входа в дом, взволнованные, разгоряченные, обменявшись полными страха друг за друга взглядами. – Не позволяй ей попасть в огонь!
Дверь закрылась. Подхваченная спутником под руку, девушка бежала по улице, с ужасом поднимая глаза на приближающуюся тучу. Марк сделал неуловимый жест рукой, и дом перед ними словно застыл.
– Она же просила не пользоваться…
– Теперь уже не важно, – горько ответил Марк. – Заходи, быстрее!
В гараже стоял дорогой внедорожник неприметного цвета. Еще один жест, и цифры в номере изменились, дверцы открылись, а мотор завелся.
– Запрыгивай, эффект долго не продержится! – крикнул Марк, и Алекс послушно плюхнулась на переднее сидение. В тот же миг автомобиль выехал из гаража и понесся навстречу буре.
– Будем передвигаться, как люди, – заговорил спутник, сбрасывая скорость, когда перед ними замигала огнями оживленная трасса.
Пальцы Александры были странно теплыми – она чувствовала это в карманах куртки и потому вынула руки, повертела их перед собой. Внезапно на кончиках пальцев начали появляться языки пламени.
– Марк, что мне делать? – спросила Алекс, ног под собой не чуя.
– Спи, – ответил тот не оборачиваясь, и девушку мгновенно срубил сон.
Александра проснулась в середине следующего дня. Ярко светило солнце. Лицо Марка выглядело так же, как при первой встрече – он был прекрасен и свеж. На торпеде лежали два гамбургера, завернутые в хрустящую бумагу.

– Это тебе, – сказал Марк, указывая на еду. Алекс развернула один и жадно впилась в него зубами. Ей вспомнились человеческие тела, которые она разрывала, будучи пантерой, и это лишь усилило аппетит. С набитым ртом, едва дыша, она спросила: «А ты?»
– Уже поел, – улыбнулся Марк торопливости, с которой Алекс поглощала пищу.
– Этот Клавдий, – заговорила девушка, запивая еду молочным коктейлем, – что ему нужно от меня?
– Думаю, он попытается сделать тебя одним из своих воинов, – ответил Марк, обгоняя тягач. – А если не получится, попробует поглотить твою Силу.
– Это возможно? – впереди вырастал огромный незнакомый город.
– Боюсь, что да, – сказал Марк, бросив взгляд на спутницу. – Но это нелегко. Сила выбрала тебя и просто так не уйдет.
– Куда мы едем? – спросила Алекс, поборов неприятную дрожь.
– К моему старому другу, – ответил Марк, в очередной раз вглядываясь в небо. – Он будет тебя учить.

– Как все изменилось, – прошептала Алекс, впиваясь в плечо Марка и озираясь по сторонам. Они летели над городом, который казался совершенно иным, медленным, с резкими ощутимыми контрастами между светом окон и тьмой подворотен. Ландшафт внизу менялся с сумасшедшей скоростью, но сопротивление воздуха практически не ощущалось.

– Тихо, – прошептал Марк в ответ. Он выглядел сосредоточенным.
Александра думала о том, что их передвижение не столько напоминает перелет, сколько перелистывание городов, сел, пустынных на первый взгляд местностей. «Что же он ищет?» Ответ был очевиден: место, чтобы остановиться. Вскоре точка приземления была найдена, и Алекс оказалась посреди красивой пригородной улицы с милыми железными фонариками вдоль дорожек, водопроводом, прорастающим в дома, как корни деревьев, теплым душистым воздухом кухонь, мерным шепотом зеленых кленовых листьев. Башенки заборов из цветного кирпича, кованые калитки с вензелями из странного, непрочного сплава…
– Я вижу… больше, – сказала Алекс, делая глубокий вдох, – Я чувствую больше.
– Потому, что находишься сейчас в обоих мирах, – сказал Марк, осматриваясь, – Потому, что создала сверхчувствительного зверя неожиданно рано.

При воспоминании о пантере девушка вздрогнула, и теплая ладонь Марка ласково потрепала ее по плечу. Он сделал знак следовать за ним, и Александра засеменила к аккуратному загородному дому с крышей из бежевой черепицы, не чувствуя босыми стопами колких камушков и влажного холода тротуарной плитки. Марк коснулся ладонью калитки, и та открылась, впуская гостей.
Миновав недавно удобренные, ухоженные клумбы с герберами, лилиями, флоксами, они подошли к крыльцу, и Марк поднял руку, чтобы постучать в дверь. В этот момент свет в прихожей зажегся, и глубокий женский голос произнес: «Входите». Внутри дом оказался еще милее, чем снаружи. В камине горел огонь, на кухне пахло пирогами. По светлым стенам тут и там были развешены милые пейзажи, панно, вышивки. Войдя в гостиную, Алекс заметила вначале множество пузатых клетчатых кресел, а уже затем – пожилую чернокожую леди с масштабной прической, в которую были собраны ее густые седые волосы, и теплым, излучающим радушие, лицом.

Увидев Марка, женщина улыбнулась и встала, чтобы обнять его, отложив на журнальный столик вязание. Для тех лет, которым соответствовал ее облик, двигалась она на удивление ловко. Марк подставил поочередно щеки для поцелуя, и они оба, старушка и молодой мужчина, замерли, внимательно глядя на Алекс. «Освещение, – поняла девушка, – Он не видел меня при ярком свете».
– Так-так, – сказала пожилая женщина, делая шаг к Алекс. – Могу я?.. – девушка кивнула, и руки чернокожей леди потянулись к ее лицу. Пальцы коснулись скул, и с них словно побежали ручейки теплых искр по коже, волосам и – в глубину, в самое сердце, мозг.
Но золотистое свечение быстро угасло – вместо него разлился холодный металл. Алекс зябко поежилась, и струйки впились в ее тело, словно острые струны. Лицо пожилой дамы выглядело иначе: сквозь слой морщинок и старческих пятен проглядывала молодая, красивая женщина с высокой грудью и ровной, гладкой кожей. Натяжение острых струн ослабло, невидимые раны, оставляемые ими, перестали болеть, а следы старения исчезли, словно их не бывало.
Хозяйка дома отступила от Александры, тяжело дыша, и опустилась в одно из кресел. Марк подошел к ней, встревоженный, вопрошающий.

Женщина открыла глаза и посмотрела в лицо молодого мужчины взглядом, от которого кровь стыла в жилах.
– Александра Грей, – сказала она, – пойдем на кухню, тебе нужно подкрепиться.
Вопросы, переполняющие Алекс, казалось, вот-вот сорвутся с губ, не взирая на непонятную, но вполне осязаемую этику общения, заведенную в этом доме. Но когда перед ней на стол поставили тарелку с луковым супом, картофельное пюре, отбивную и пирожки с грибами и сыром, она подумала, что сможет отложить все разговоры на потом.
– Шаниква, – сказала женщина, опуская перед ней салатник с душистыми свежими овощами. – Так меня зовут. Можете остаться здесь на ночь, но не задерживайтесь надолго, – грустно улыбнулась она Марку, – пожалуйста, не приводи в этот дом беду.
– Сколько у нас времени? – спросил тот, не беря в расчет присутствие Алекс.
– Времени? – выражение лица Шаниквы о чем-то говорило ему красноречивее любых слов. – Для чего?
Закончив ужин, Александра перевела взгляд на хозяйку дома и случайного спутника, которые все это время с интересом наблюдали за разыгравшимся аппетитом девушки. Смутившись, Алекс предпочла выпить сок, а не доесть последний пирожок.
– Ох, голубушка, не стоит, – улыбнулась Шаниква, – я же совсем не ем.
– Вообще? – удивилась Алекс.
– Вообще, – кивнула женщина. – Я тоже живу в обоих мирах, как и ты, но я научилась скрывать это. Такой Силы, как у тебя, я не имею, это и к лучшему. Мне триста пятьдесят лет, и я до сих пор не была в бою. Сила дает мне возможность оставаться молодой и здоровой, видеть оба мира, читать людей и магов. В юности я пыталась врачевать, тогда появился Марк и объяснил мне, что высовываться не стоит, за что я ему очень признательна.
– Что значит – «жить в двух мирах»? – спросила Александра, забыв о пирожке.
– Значит, что ты вышла на второй уровень, – улыбнулась Шаниква. – Миры устроены просто: во главе всего Источник. Он – средоточие всего сущего, родитель множества множеств миров. До недавнего времени ты жила в нижнем мире, ближнем к источнику. Когда в источнике рождается новая анима или освобождается старая, она идет в нижний мир, чтобы начать цикл.
– Анима?

– Душа, – пояснил Марк и снова замолчал, предоставляя говорить Шаникве.
– В нижнем мире анима обретает воплощение и, цикл за циклом, меняет их, пока не перейдет на другой уровень.
– Что для этого нужно сделать?
– Познать бесконечность бытия, – просто сказала Шаниква, и Александра подумала, что она не знает точного ответа. – Существует опыт, который может перевести аниму на следующий уровень – так она возрождается в срединном мире.
– Есть и третий мир? – спросила Алекс.
– Да, – ответила Шаниква, и они с Марком переглянулись, – но те, кто его населяют, редко спускаются в наши миры. Здесь их называют ангелами. Они приходят с вестью – или чтобы восстановить баланс.
– Я не осознала бесконечность бытия. Даже сейчас мне это не под силу, – резко сказала девушка, отталкивая стакан. – Почему я живу в двух мирах? Ты научишь меня быть вечно молодой – за этим мы здесь? Вся моя семья мертва, а я слушаю лекцию об устройстве мира! – я не заметила, как подскочила на ноги.
– Без этой информации, ты беззащитна, – сказал Марк тихо. – Так что сядь и замолчи. Шаниква многим рискует, чтобы помочь тебе. И, в первую очередь, пытается донести, что люди не умирают – анимы меняют воплощения.
– Реинкарнация?
– Это верование придумано теми, кто сохранил память о предыдущем воплощении, – сказала Шаниква.
– Значит, чтобы перейти в срединный мир, нужно умереть? Но я-то жива.
– С тобой все не так просто, Александра Грей. Ты не готова к переходу, но ты обладаешь Силой, ты была инициирована, и…
– Инициирована?
– Пользовалась ею, – Александра потрясла головой. – Может быть, изменила погоду или сжала пространство?
– Подожгла что-то? – спросил Марк и, отвечая на вопросительный взгляд Шаниквы, сказал. – Она дохнула на меня пламенем.
– Марк! Что ты такое… – женщина выглядела одновременно озаренной догадкой и разочарованной ею.
– О, Господи! – Александра упала на стул, прижимая ладони к лицу. – Я сожгла бывшего парня…
Шаниква подошла и положила руки на плечи девушки, та испугалась нового сеанса острых струн, но женщина начала просто массировать ей плечи. Марк выглядел озадаченным.
– Я знаю, зачем ты пришел, Марк, – сказала хозяйка дома дрожащим грустным голосом, – но я не смогу тебе помочь. Слишком поздно. Она не сможет вести такую жизнь, как я. Эта дорога закрыта.
– А обратить инициацию? Заблокировать Силу?
– Слишком поздно, – покачала головой Шаниква. – Девочка дышит огнем по собственной воле. Знаешь, как она стала пантерой? Клавдий отправил за ней оборотней, принявших облик пум. Александра создала зверя, чтобы защитить близких, и ей это почти удалось. Потом зверь помогал ей сбежать, укрыться, прокормиться. Еще немного – и быть ей вечно пантерой, ты пришел вовремя, как всегда, – она улыбнулась.
– Что мне делать, подскажи? – Марк выглядел человеком, который только что получил худшую весть из всех, на какие мог рассчитывать.
– Научи ее с этим жить, – ответила Шаниква.